Ознакомьтесь с нашей политикой обработки персональных данных
18:37 

Как развлечь принцессу

*Лю*
вот вспоминаешь, и так выходит - ты никогда не бывал один (c) Джек-с-фонарём
За окном лило. Где-то в ночи небо с грохотом раскололось, и в пролом хлынули все запасы заоблачного океана.
Форджи сидела на подоконнике, размазав по стеклу нос и подбородок, но в такую непогоду даже птицы не интересовались смешными рожицами в окне третьего этажа. Ужасно скучно. Брат с сестрой ушли на фехтование и вернутся ещё нескоро. Брату эти занятия полагаются по статусу, хотя совершенно непонятно, зачем в наше просвещённое время принцу и будущему королю размахивать шпагой — у него для этого есть огромная армия и дядя-маг в придачу. Полагается — и всё. Армоза же просто любит делать всё то же, что и Кестрель, так что её устали гонять ещё года три назад, когда стало ясно, что четырнадцатилетнюю принцессу больше интересуют верховая езда и охота, чем платья и украшения. Говорят, фехтует она даже лучше старшего брата, но Форджи в этом всё равно не разбирается. Зато точно знает, что Кестрель самый лучший на свете: красивый, добрый, весёлый и всегда-всегда даёт ей свои книжки, в отличие от Армозы.
Спрыгнув с подоконника, Форджи подошла к настенному зеркалу в золочёной раме. Прижала нос, превратив его в пятачок, и полюбовалась гримасой за всех птиц и других заоконных зрителей, пропустивших отличное шоу. Потом пальцами оттянула веки вверх и вниз, чтобы сделать глаза большими, как у сестры. Получилось… не очень. Глазами Армозы любовался весь двор, а также каждый приезжий гость — огромными, фиолетовыми, на пол-лица. Это вообще очень здорово — любоваться красавицей-принцессой, особенно если натренироваться не замечать лук в её руках, или мужское седло, или высоченные ботфорты для охоты… Да, старшая принцесса умела поразить окружающих своими многочисленными хобби, которые в случае брата назывались обязательным королевским воспитанием, а в её — «дурью».
Большие глаза в исполнении Форджи вызывали ассоциации со старым больным хамелеоном, уже не столько обиженным на весь мир, сколько смирившимся с несовершенством всего сущего. Девушка отпустила веки и взбила густые чёрные волосы, пытаясь изобразить причёску. Её собственные глаза тоже были ничего, чуть раскосые, яркого голубого цвета. Но восторгов ей доставалось определённо меньше, чем равнодушной к ним Армозе.
Вздохнув, принцесса вернулась к окну и как раз вовремя: на заднее крыльцо вышел дядя Ферн с огромным синим зонтом. Это было очень странно. Зачем великому королевскому магу такая банальная защита от дождя? Форджи оперлась на подоконник и снова прижалась лицом к стеклу, пытаясь разглядеть, что делает чародей. Она уже представила, как он спешно перебегает двор к какой-нибудь из дворовых построек, поддёрнув мантию до колен, смешно обпрыгивая лужи и под конец с расстроенным видом обнаруживает, что всё равно промок с ног до головы, а бесполезный зонтик ещё и вывернут спицами вверх. Девушка прыснула и чуть не пропустила тот момент, когда Ферн почти вертикально взмыл вверх и, раздвинув зонтом облака, исчез за ними.
Это было так здорово! Открыв рот, Форджи смотрела в небо на постепенно зарастающую прореху в грязно-сером одеяле, но больше ничего не происходило. Она оглянулась, переполненная желанием поделиться своим наблюдением, однако гостиная была всё так же пуста. Выглянула в коридор — но в этот унылый день, когда, казалось бы, все сидят дома, в детском крыле было особенно тихо и скучно.
Ещё раз проверив, что двор всё так же пуст и уныл, принцесса покружилась по комнате, накручивая локон на палец и придумывая, куда и зачем отправился дядя. Например, он мог нагрянуть к заведующему небесным океаном с требованием починить прорвавшую плотину в течение ближайшего часа и возместить ущерб возом пирожных. Или, устав от дождя, бросил их всех на произвол стихии и полетел в гости к заморской подруге-колдунье, которая приготовит ему горячий чай и позволит вдоволь погулять по своему солнечному саду, пока они здесь страдают от скуки. Или же он заберётся в самый центр непогоды и как втянет в себя всю эту воду до капли, а потом ка-а-ак выплюнет куда-нибудь в далёкий-далёкий океан! А что, было бы здорово!
Наконец, фантазия истощилась, и снова стало скучно. Форджи присела на краешек дивана и с тоской посмотрела на ненавистную сегодня вышивку и вдруг подскочила, осенённая внезапной идеей. Снова выглянув в коридор, теперь уже осторожно и в надежде никого не увидеть, и проверив, что брат с сестрой вернутся нескоро, она быстро выскользнула из комнаты и ринулась в башню Ферна.
Дядя у неё умница, чародей и добряк, всегда готовый порадовать племянников какой-нибудь удивительной игрушкой вроде разговаривающих часов или полностью обставленного дворца с движущимися фигурками конюхов, горничных, поваров и знатных господ. А ещё он никогда не запирает двери — не по рассеянности, просто никому не придёт в голову проникнуть в комнаты волшебника.
Никому, кроме отчаянно скучающей девицы пятнадцати лет, оставшейся на целое утро без компании и возможности погулять.
Дверь, обыкновенная дубовая дверь безо всяких волшебных символов, оказалась не только не заперта, но даже приоткрыта. Форджи осторожно скользнула в неё и замерла в маленькой комнатке с вешалками и калошницей, из которой торчали тапки, туфли, ботинки разных фасонов. Рядом скромно ютилась пара валенок. Пахло кожей, шерстью и мастикой.
Приободрённая и одновременно обескураженная столь обыкновенной прихожей, девушка открыла следующую дверь и встала на пороге, растерянно переводя взгляд с одного предмета на другой, с него на третий — и так до бесконечности. Комната оказалась буквально набита шкафами, полками, тумбочками, столами, и все поверхности, полки, ниши были чем-то заняты. Где-то слева тикали часы, но разглядеть их за всеми склянками, шкатулками и неопознаваемыми приборами Форджи не сумела. Возле окна справа стоял внушительный телескоп, добраться до которого можно было только по воздуху.
Принцесса перевела дух и медленно вошла внутрь, стараясь ничего не задеть. Погладила бок толстой бутыли с мерцающей синей жидкостью, похожей на ночное небо. В благодарность за ласку на поверхность всплыло несколько комет, но девушка уже разглядывала сложный прибор из реечек и вилок. За ним обнаружился странный чемодан, внутри которого были только круглый чёрный блин и какой-то здоровый рычаг.
Вот теперь это утро стало чем-то, что действительно стоило прожить! Она бродила по комнате, разглядывая вещи, заглядывая в шкатулки и придумывая, для чего нужны вот тот кипящий камень и вот эта металлическая трава, многоногий механизм с кучей пилочек и горящее не сгорая перо, сложная многоуровневая башенка и выглядящая самой обыкновенной поллитровая чашка с щеночком и сердечками.
И тут откуда-то из глубины комнаты взвыла сирена. Застигнутая врасплох Форджи подскочила, с грохотом уронила пустой металлический кувшин, задела чемодан, который внезапно запел великолепным контральто, и в довершение всего рассыпала целый стакан цветных карандашей. К этому времени сирена замолчала, но испуганные кометы уже спрятались в глубине своей бутыли, телескоп оглянулся и строго взглянул на поющий чемодан, а переполошившаяся принцесса со скоростью мысли выскочила из комнаты. Из-под крышки валяющегося на полу кувшина тихонько струился дым, расцвечиваясь по мере соприкосновения с карандашами.

Когда сестра ворвалась в гостиную, Форджи уныло ковыряла вышивку под бормотание радио и старалась сделать вид, что всё в порядке. Получалось не очень: щёки горели, на глаза то и дело наворачивались слёзы, а от страха поссориться с дядей руки тряслись так, что изящная роза под её пальцами стремительно превращалась в шедевр абстракционизма.
К счастью, Армоза ничего не заметила, слишком уставшая после занятия.
— Ты так и сидишь здесь?! — воскликнула она, валясь в кресло и лениво разглядывая потолок. — А мы так здорово позанимались! Я наконец освоила этот финт с переводом — и победила Кестреля!
— Бедный Кестрель! — посочувствовала Форджи, впрочем, без обычного жара. — Для него так важно быть лучшим со всем этим королевским воспитанием, а ты не даёшь ему никакого шанса!
— Даю! Вот потренируется побольше, выучит тоже это движение — и у него будет шанс.
Форджи только вздохнула, не настроенная спорить. В гостиную неторопливо вплыла улыбчивая гувернантка госпожа Леро, получившая сегодня полдня свободы и благополучно его проспавшая, но увидев воспитанниц, охнула и всплеснула руками.
— Время обедать, а вы в таком виде! Армоза, будьте добры сходить в душ и поменять тренировочный костюм на приличное платье, — старшая принцесса со вздохом встала и убежала к себе. — Форджи, выкиньте вышивку, причешитесь и хорошенько отмойте руки!
Девушка опустила взгляд на ладони и быстро спрятала их за спину: на них обличающе пестрели разноцветные пятна и следы золота и пыли, а к мизинцу пристала звезда. Ещё одна звезда со всей своей системой вплелась в злополучную вышивку, повысив её потенциальную стоимость ещё на пару нулей.
Через час порядок был восстановлен, и госпожа Леро со спокойной душой сдала сияющих чистотой и сытых принцесс в заботливые руки парикмахеров, маникюрш и горничных: вечером планировался бал в честь фарфоровой свадьбы правящей четы, и королевские отпрыски не имели права выглядеть неидеально. Поскольку гувернантке при любых обстоятельствах необходимо и достаточно иметь вид приличный, она позволила себе поспать ещё часа два.

Балы Форджи любила. Обычно, едва вырвавшись из рук горничных и дождавшись первых звуков музыки, она забывала обо всём, окунаясь в бесконечную последовательность танцев и кавалеров. В идеале, конечно, бесконечную. В реальности уже в конце первого часа наступал неизбежный момент, когда её величество Агила отлавливала дочь и напоминала, что почти взрослой принцессе негоже ходить с красным, бесконтрольно расплывшимся от счастья лицом, и это, разумеется, изрядно портило удовольствие от оставшихся танцев. А ещё через некоторое время заканчивался сам бал, и больше не было ни музыки, ни приглашений, ни повода в очередной раз расплыться в улыбке, вспомнить наставления матушки, сосредоточиться, выпрямив спину и приклеив вежливую улыбку на лицо, увидеть восторженный взгляд партнёра и, вновь забыв обо всём, лететь в вальсе, кадрили, польке.
В этот раз она была задумчива — и совершенно идеальна с родительской точки зрения — целых полчаса. Даже нервный взгляд, который Форджи порой бросала на дверь, ожидая возвращения дяди, не портил этого впечатления. Королю с королевой редко доводилось видеть своих дочерей похожими на полных достоинства и элегантности заграничных гостий, и теперь они от всего сердца радовались такому подарку к своей годовщине. К тому времени, как девушка расслабилась, увлечённая круговоротом танцев, родители уже успокоились на её счёт и с головой окунулись в обязанности хозяев бала.
Некоторое время грустная и заранее перепуганная грозящими магическими карами Форджи держалась возле сестры, стараясь быть как можно менее заметной. Наряд Армозы, как и всегда, произвёл фурор. Платье тёмно-зелёного цвета, как кавалерийская форма, с золотым шнуром по лифу и подолу, и плюмаж в волосах создавали ощущение, что она в любой момент может вытащить саблю и скомандовать атаку. Мало кто из столичных франтих, увлечённо копирующих «милитаристскую» моду принцессы, знал, что основной целью кутюрье в данном случае было успокоить Армозу и придать ей достойный вид. В кружевах и рюшечках девушка нервничала, постоянно боялась что-нибудь порвать или потерять, по тысяче раз поправляла плечи и перчатки и оттого выглядела жалко. «Военное» платье делало её спокойной, уверенной — и чересчур самостоятельной в танцах. Впрочем, она их и не любила, предпочитая общение со знакомыми и наблюдение за другими людьми.
Слушая привычные комплименты платью и глазам сестры, Форджи с восхищением наблюдала, как веселье и оживлённое общение перемещается по залу вместе с братом. Кестрель умудрялся быть как «ответственным человеком», уже сейчас помогающим отцу в его делах, так и душой компании, легко заводил знакомства и всегда находил шутку, которая всем понравится. Сама девушка слишком увлекалась, забывая обо всём на свете, причём сегодня ей хотелось петь, завтра рисовать, послезавтра изучать иностранные языки — и в итоге всё получалось… не очень.
Как бы то ни было, быть незаметной в ярко-красном платье ей тоже не удалось, и вскоре знакомые кавалеры, знающие, кто в этом зале более всех любит танцевать, выстроились к ней в очередь, а дядя, контральто и укоряющий взгляд телескопа вылетели из головы на очередном повороте вальса. Родители счастливы, улыбаются и принимают поздравления, сестра с приятелями обсуждает предстоящую охоту, брат смеётся и даже иногда приглашает на танцы. Всё прекрасно, никаких проблем. О чём ещё волноваться?
Появление дяди сопровождалось молнией, раскатом грома и ярким фейерверком. Форджи сбилась с такта, зацепила каблуком юбку и чуть не упала вместе с кавалером и половиной сета.
— Ты слишком любишь внешние эффекты и шоу! — рассмеялся король Вотур, качая головой. — Нет бы тратить силы на что-нибудь полезное и нужное народу.
— Но это действительно было красиво, — возразила королева, улыбаясь брату. Согласные с нею гости зааплодировали — особенно когда увидели в руках мага подарок.
Элегантным жестом Ферн разостлал на полу карту мира, так тонко и изящно прорисованную, словно зритель действительно смотрел на мир — головокружительной с высоты.
— Специальный заказ к вашей годовщине: Солнце и ветер год создавали её в мельчайших подробностях, — гордо сообщил маг зятю и вдруг подмигнул: — Надеюсь, пригодится тебе и в твоих серьёзных неэффектных делах.
И под восхищённые аплодисменты монарха утащил его жену танцевать.
«Кажется, вот так и учатся хорошим манерам, — грустно думала Форджи, вальсируя и ласково улыбаясь незнакомому кавалеру. — Когда роняешь на пол вещи великого мага, а потом делаешь вид, что у тебя всё прекрасно, чтобы никто не догадался о твоих проделках и не посадил в одинокую башню на веки вечные». Какие ещё страшные наказания могут последовать за нарушением самого строгого запрета в королевском дворце, она пока не придумала. Но у неё оставалось время до того, как дядя всё выяснит. А уж на воображение принцесса никогда не жаловалась.
Как ни странно, и бал, и вечер после него оказались чудесными. Проводив гостей, семья собралась в гостиной королевы, пила глинтвейн и беседовала на самые разные темы, от укрощения ливней до гениальной вышивки Форджи. Не получившуюся розу Кестрель случайно заметил в руках горничной и запретил выкидывать, пообещав оформить в рамочку и повесить над рабочим столом. Сама талантливая абстракционистка тихо сидела на полу возле матери, пока Агила гладила её по голове, постепенно выбирая потерявшиеся в густых волосах шпильки.
Форджи успела придумать заточение в бутылке, превращение в жабу и — самое страшное — пожизненную ссылку в каком-нибудь далёком дворце, над которым всегда идёт дождь. Теперь она размышляла, что хуже: лишиться танцев раз и навсегда — или всю жизнь танцевать только с герцогом Бэром?
В целом всё шло не так плохо, как ей представлялось: дядя всё-таки сходил к себе переодеться и не выглядел ни рассерженным, ни сосредоточенно вычисляющим, кто мог к нему забраться. Может быть, именно поэтому принцесса позволила себе расслабиться и даже задремать под рассуждения брата и сестры о том, что важнее для их образования: экономика или иностранные языки.
Снился ей огромный радужный демон, который гулял по городу и с детским любопытством поднимал то одну крышу, то другую и заглядывал внутрь. Изнутри ему отвечали испуганными визгами и ружейными выстрелами, но демон совершенно не обижался. Наконец он дошёл до их дворца и приподнял часть крыши с той стороны, где горел свет: целиком она была слишком большая и тяжёлая…
Разбудили Форджи неожиданно громкие голоса родных и вцепившиеся ей в волосы пальцы матери. Открыв глаза, девушка обнаружила, что потолка нет, а демон из сна с любопытством смотрит на них и улыбается. Собственно, кроме этой довольно зубастой улыбки да огромных, каждый размером с камин, глаз почти ничего и было видно.
— Брат? — прошептала королева Агила, выведенная из оцепенения задёргавшейся в её руках дочерью.
Маг стоял посреди комнаты и молча разглядывал демона снизу вверх, словно смутно знакомого, но чересчур чумазого для опознавания ребёнка.
— Ферн, ты собираешься разбираться с этой напастью или нет?! — нетерпеливо воскликнул Вотур, а успевшие вооружиться кочергой и каминными щипцами Армоза и Кестрель выжидающе подняли брови.
Наконец чародей отвёл взгляд и с улыбкой повернулся к родне.
— Да вы понимаете, эта напасть особого вреда нам не причинит. Он просто хочет пообщаться. Ну-ка, малыш, иди к нам!
Король возмущённо охнул и принялся высказать шурину всё, что думает по поводу таких приглашений. Тем временем демон разулыбался и шагнул в комнату, на ходу уменьшаясь в размерах. Когда вторая нога ступила на ковёр, он уже был размером с трёхлетнего ребёнка, а король замолк на полуслове.
— Ну, Форджи, ты его и разукрасила! — Ферн с улыбкой взял малыша и предъявил его напуганной прямым обращением племяннице. — Я его такого… разноцветного не сразу и признал. У тебя был урок рисования?
— Н… нет, — пискнула девушка, прижимаясь к материнской юбке.
— Ну-ну, он вовсе не такой страшный. Просто потерявшийся малыш-джинн. И он явно хочет к тебе на руки, — добил маг Форджи, сажая «демона» прямо ей на колени. Радужный ребёнок улыбнулся и вдруг обнял девушку неожиданно крепко. — Маленький, а всё-таки знает, кто его выпустил.
Принцесса погладила малыша по голове и подняла на дядю испуганный взгляд, ожидая окончательного решения суда и надеясь, что это всё же не герцог Бэр.
— Ну что скуксилась, кошка ты любопытная? — рассмеялся чародей, одним взглядом опуская крышу и попутно отнимая у племянника кочергу, чтобы помешать огонь в камине. — Знаю, что твоя работа. И дурак бы я был, если б оставлял при открытых дверях то, что действительно может повредить вам или королевству.
— Я… — король откашлялся. — Я надеюсь, что он больше ни к кому не заглядывал. — Форджи с с Ферном смущённо переглянулись. — Понятно. Будем считать, что это был… сон. Гражданам приснился сон, и наутро они его дружно забыли. Так?
Под строгим монаршьим взглядом чародей посерьёзнел и даже отчеканил «Так точно», звонко щёлкая пальцами. Джинн радостно мяукнул и полез на колени королевы, оставляя на кремовом атласе платья пёстрые следы.

Вопрос: Нравится?
1. Да.  9  (100%)
Всего: 9

@темы: сказочный город внутри

URL
Комментарии
2017-04-13 в 22:15 

forside
Хочешь что-то сделать - возьми и сделай!
Вот да... опять же увидела как реальную картинку всю картину. Принцесса любопытная получается ☺

2017-04-14 в 10:33 

*Лю*
вот вспоминаешь, и так выходит - ты никогда не бывал один (c) Джек-с-фонарём
forside, рада, что понравилось.
Принцессы у меня здесь совсем непринцессные, и мы с её величеством ещё намучаемся с ними. Зато принц - идеальнее некуда =)

URL
Комментирование для вас недоступно.
Для того, чтобы получить возможность комментировать, авторизуйтесь:
 
РегистрацияЗабыли пароль?

Повернуться к миру

главная